vlad (bannik0v) wrote,
vlad
bannik0v

_один мой день, один мой ночь, один мой поездк

Глухую темень ночной тишины нарушил звонок мобильника не убавленной с максимальной громкости до «сонных» трёх квадратиков. Комната наполнилась звуками выделенного для нарядчика рингтона. Пиксели экрана засветились логотипом депо, недавно сменившим ранее присвоенный данному контакту плакат из советской эпохи «Ночь работе не помеха», ибо день уже полмесяца как перестал быть днём и вся жизнь в перерывах от сна до сна стала походить на одну долгую беспросветную (а местами и вполне уютную) ночь.

— Явка на три ночи. Берёте шестидесятку и гоните её резервом на Кандалакшу в ремонт.
— Понятно. Слона резаком в Канаду на ремонт, — пробормотал я на автопилоте, не отпустившим пока что организм после сна на ручное управление.

Разговор закончился. На часах — 00:54. Медленно сгружаясь с кровати, избегая шанса разбудить семью, на пару с постепенно отпускающим автопилотом, держа в руке телефон, тащу себя на кухню. «Так, во сколько? Куда? На чём?», — всё нужно записать до того, как поставлю чайник. Иначе вылетит из головы — доказано личным опытом. Засекаю обратный отсчёт сорока минут до выхода. Всё ещё никак не проснусь. Чайник поставил на огонь. Иду в ванную. Немного в меру тёплой воды, и уже вполне в этом мире. Умываться холодной водой — это что-то сродни фашистским пыткам. Впрочем, ночью почти всегда холодной умываюсь, потому что пока протечёт вся остывшая вода, пройдёт полвечности.

Параллельно с игрой в тетрис постоянными и непостоянными комплектующими рабочего рюкзака в голове роятся мысли о предстоящей поездке: «Ну, ок, до Кандалакши резервом — это часов 6—7 плюс-минус час; по отдыху сейчас никто никуда не уезжает. Стало быть, до обеда сдадимся, день проспим, ночью назад на Мурманск. Не самый плохой вариант». Термоса залиты: один — кипятком, второй — супом. Контейнеры с кофиём, чаем, сахаром, бутерброды и печенье, ложка, прочий провиант — уже в рюкзаке в отведённом им пространстве главной картонной коробки. И обязательно — пару яблок. Потому что без яблок жизни нет. Инструменты и прочее электровозное барахло в комплекте с головным и ручным фонарями уже тоже на своих местах в рюкзаке. До выхода остаётся немногим более 12-ти минут — можно выпить чаю да закусить на дорожку, как говорится. Хотя, ночной аппетит — тот ещё ферзь: и подкрепиться нужно, и мало что в рот лезет. За окном внизу уже вовсю греется автомобиль.

Рюкзак готов. А нет! Свитер забыл, зараза. Замечание устранить. Выполнено. Для работы у меня отдельный свитерок. Перед выходом из дома, когда уже стою в дверях, — своебразная минута готовности на предмет того, всё ли нужное я взял. Не раз уже сам себя этим спасал от неиллюзорных звездюлей по причине забытого удостоверения или технического формуляра. Так, ладно. Всё на месте. Пора ехать. Лифт, машина, и через каких-то 10—15 минут я уже в депо, потому что во втором часу ночи улицы пусты.

Первое, куда в депо нужно добраться, — это раздевалка. Далее — к дежурному по депо, потом на инструктаж по материалам безопасности движения, затем на предрейсовый медосмотр и после вновь к дежурному за маршрутами (маршрут машиниста — такой особый документ, в котором отражается работа локомотивной бридады). Всё везде в перечисленных пунктах ровно и гладко, как оно и должно быть. Иду уже с маршрутами (их выдаётся два: первый — для поездки «туда», второй — «назад») на пункт техобслуживания локомотивов, чтобы забрать журнал технического состояния электровоза. Журнал на руках.

— Парни, — интересуюсь я у экипировщиков, — а где шестидесятка стоит?
— Там, — и указывают рукой направление дальнейшего перемещения.

Понятно. «Там» означает пешую прогулку в сторону путей отстоя пассажирских локомотивов. Пёхаю туда, где «там». А «там» гудит целая сплотка из нескольких восьмидестяток и нашего слоника, стоящего вторым номером. Начинается приёмка машины. Машинист, с которым я работаю в последнее время, уже на электровозе и занят исполнением своих должностных обязанностей. Я забираюсь в кабину, скидываю рюкзак, передаю ему журнал и беру в руки молоток, чтоб разнести эту колымагу к чертям чтобы обстучать бункера и экипажную часть. Да хрен ли её стучать на шестидесятке, на которой вечно регулировочные гайки слабнут в натяг?! Конечно, после ПТОЛ всё затянуто. Но расслабляться нельзя, потому что за всем — глаз да глаз. Ибо.

Машина не явила собой каких-либо катастрофически несовместимых с возможностью следования по заданному маршруту геморроев. Масло под компрессорами как текло, так и течёт. Ибо если масла под компрессорами нет, то его и в картерах нет. Это всё — как на наших Волгах. Однако, щупом тоже нужно замер произвести. И поднапрячь слесарей, если там беда. Но в этот раз, по щупу, уровень в норме. Машина осмотрена, пневмосистема продута, пескоподача проверена — короче, тачло годно. Едем. Подъезжаем к контрольному пункту и запрашиваемся у дежурной.

— %ВЫЗОВ_ПОЕЗДНОЙ_РАДИОСВЯЗИ_НА_КВ_ДИАПАЗОНЕ_С_ОТВЕТОМ% Мурманск, дежурный.
— Мурманск, ДСП %Марьина%, слушаю.
— Доброй ночи, Мурманск. Электровоз ВЛ60К-1797, машинист %Иванов%, резервом на половину четвёртого от маневрового сто восьмого готовы.
— Здравствуйте. Эм сто восьмой пока закрыт. Подскажу. ДСП Мурманск %Марьина%
— Понятно. Эм сто восьмой пока закрыт. Подсказывайте. 1797, Машинист %Иванов%.

Впереди на пассажирских путях какая-то своя канитель, и по этой причине нет возможности выпустить нас из депо сразу. Такое бывает. Но через минуту красный сигнал маневрового сменяется белым, и дежурная по станции вызывает нас вновь, докладывая маршрут следования. После подтверждения восприятия команды начинаем движение до здания ДСП, у которого останавливаемся. Я слезаю с электровоза и иду в здание к дежурной для получения бланка предупреждений формы ДУ-61 на весь путь следования.

Следующим этапом — вы ещё не устали от обилия этой технарщины? — проба тормозов перед отправлением. Вручив машинисту бланки предупреждений, вновь покидаю кабину для проведения пробы. Даю команду «Тормозить» машинисту. Осматриваю экипажную часть на предмет выхода штоков тормозных цилиндров локомотива — порядок. Даю команду «Отпустить тормоза». Обхожу машину с другой стороны, убеждаясь в том, что штока ушли, а колодки отошли от бандажей колёсных пар. На третьем году работы темнота стала такой уже родной, что без неё иной раз становится как-то и неуютно даже. Я уже давно смотрю на время суток совсем другими (не теми, что раньше) глазами. Время на работе перестаёт означать что-либо в части того, какая именно часть суток сейчас. Ибо сей факт становится вторичным. Главное — довезти поезд (напомню, что одиночно следующий локомотив — это тоже поезд). Задача поставлена — приступить к выполнению. А какой там час на часах — дело десятое. Хотя, конечно, есть определённые моменты внутри промежутка между полуночью и восемью утра, когда нещадно рубит в сон, как бы я ни готовился к поездке. Это третий час ночи, шестой час утра и слегка после восьми — самые ужасные отрезки жизни на работе, потому что это апофигей противостояния сна и бодрости. А причина в том, что именно на них часто выпадает время прибытия в пункты оборота. А прибытие — очень ответственный момент.

Я по-своему научился с ними бороться. Но часто моё состояние в эти моменты сродни зазомбированному туловищу. Что поделать — издержки профессии. Причём это не зависит от времени года, так как в полярный день в июне, когда солнце круглосуточно светит в глаза, рубит точно так же. Организим не обмануть. Главное — не сдаваться.

Лирика — дело хорошее и иногда нужное, но, меж тем, мы уже отправились и произвели пробу тормозов на 1446-м километре. Тормоза опробованы, работают эффективно. Товарищи, избегайте хождения по железнодорожным путям. Это опасно для жизни. Я не устану об этом говорить. Но сегодня не об этом. Едем дальше. На первом перегоне осматриваю машинное отделение. На шестидесятке этой, как и на всех известных мне остальных, установлены ленточные скоростемеры 3СЛ2М. Поэтому осмотр машинного отделения каждые полчаса в пути следования завершается протяжкой скоростемерной ленты на нерабочем скоростемере (на шестидесятках есть свои нюансы — подробнее спрашивайте в коментах). Позади уже станция Кола. Едем на станцию Выходной на скрещение с грузовым поездом. Скрещение на простом языке означает разъезд со встречным поездом на станции, ограниченной однопутными перегонами.

Глухая ночь на дворе. Шестидесятка для меня — сарай загадок. Я не очень хорошо знаю этот электровоз (по сравнению с ВЛ80), потому что очень редко попадаю на него. Что, в свою очередь, объясняется тем, что этих шестидесяток в строю меньше десятка (если не меньше пяти) на два депо (Мурманск и Кандалакша). Изучаю по мере возможности, но, повторюсь, дискотека та ещё. Встречный чётный по первому главному пути прогудел мимо, на выходном с третьего пути — два жёлтых, верхний мигающий. Минута готовности, и поехали дальше. Ходом почти до самого Оленегорска, на приближении к которому ДСП Оленегорск обозначает нам «слегка» изменённый план работ, а именно: слона закрепляем на 21-м пути и берём поезд с оборота на Мурманск. Вот так неожиданность. Но раз надо, то ничего не поделать. Изменилась поездная обстановка. От себя добавлю, что езда с оборотом по Оленегорску для меня как помощника машиниста — то ещё проклятие.

Во-первых, жутко хочется спать. А тут ещё и второй электровоз принимать. Дело это весьма ответственное, а внимание среди ночи — ни к чёрту. Но, как говорится, кто на что нанимался. И упаси вас разум думать, что я жалуюсь. Я всего лишь констатирую. Ладно. ВЛ60 закрепили, у оператора ДСП отметились, пошли на 4-й путь принимать восьмидесятку под составом. Приняли, провели с вагонниками сокращённую пробу тормозов, и отправились на Мурманск. 9-й час утра.

Ехали до Мурманска долго. Со множеством стоянок, потому что Мурманск не принимал. Перед нами пачка поездов пролетела — не было свободных путей, не иначе. В итоге прибыли в Мурманск, наконец-то со сдачей где-то в 14 с копейками часов. Изъявили желание отправиться на отдых пассажирами в Оленегорск, несмотря на субботу :) А то! Тонно-брутто-километры кто родному депо привезёт? Правильно — именно мы :) Поэтому прыг в заднюю кабину отправляющегося грузового поезда после сдачи электровоза в депо и ходом на Оленегорск. Повышенная длина (поезд длиной в полтора километра) до Оленегорска несётся, как правило, без остановок. Кстати, тому, кто нашёл на ВЛ80Т-865 серый металлический совок и синюю щётку (мой личный уборочный инвентарь) — пламенный привет! Пользуйся на здоровье ,) Эти штуки служили мне верой и правдой два года. Хороший был инвентарь. Жаль, что забыл я его на этом электровозе безвозвратно.

На часах было почти 19 часов, когда мы свалились с этого поезда в Оленегорске, где нас ждал дом отдыха. Суммарное время для сна составляло более 8-ми часов. И явиться на работу мы должны были как раз в три с гаком часа ночи. Таким образом, должны были истечь первые сутки железнодорожной движухи. В 2:50 дежурная по дому отдыха нас разбудила. Я еле услышал её, потому что заткнул уши берушами нафиг, ибо шум со станции меня зело напрягал. Зато как глубок был сон! ,) И вот мы такие явились на медосмотр. Успешно прошли и отправились к оператору, которая сообщила нам, что поезд, под который нас вызвали, ещё в Ягельном бору.

Опуская всю историю, скажу, что поезд прибыл более, чем через час, потому что какой-то неадекват в той глуши (а Ягельный — это реально глушь) шарахался по путям и в итоге устроил поезду сокращённую пробу тормозов с походом помощника на хвост, что и вызвало задержку. Откуда взялся там этот товарищ среди ночи и в меру лёгкой метели, для меня до сих вопрос. Это ж как нужно пить! :) Мрак. Поезд в итоге приехал. Мы сменили Кандалакшскую бригаду, оттормозились сокращённо. И отправились на Мурманск. Ехали опять долго. С кучей стоянок. Так как щётка и совок утеряны, я научился убирать кабины с помощью бумажки и тряпки :) Что ни делается, всё к лучшему. А эта досадная потеря — лучшее тому доказательство. Но новый совой и щётку я всё равно куплю.

Полтора суток отсутствия дома. Это было нормальным два года назад, когда было больше работы. Сейчас это бывает редко. Но тем не менее. Весьма занятная поездка вышла. Лишь бы в термосе был кипяток. Люблю свою работу %)
Tags: работа
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 46 comments